Благословенная дыра

Подглядывание в уборной

  1. Papa
    Лет двадцать назад, еще во времена благословенного «застоя», довелось мне пролетом на Сахалин ожидать свой рейс в Хабаровском аэропорту.

    Был конец августа, и еще старое здание аэропорта было переполнено бурлящей массой северян, спешно возвращающихся из отпусков в места северных коэффициентов и надбавок. Детям нужно успеть к началу учебного года. Мест нет, авиабронь лишь до этих северных ворот, а ждать мне предстояло двое суток, во влажной липкой тропической жаре этих мест, ночевать, если повезет, на садовой скамейке или, в худшем случае, на газоне, подстелив газету. Но я не унывал, удалось купить билет, удалось устроиться во временной летней гостинице барачного типа. Во-вторых, я не был обременен семьей, малолетними детьми, женой и заботой их устройства на ночлег. Более того, я любил такие ситуации вокзального вертепа перед возвращением в строгую жизнь северного поселка. Там не оторвешься! А здесь столько женщин, легкие платья и блузки, обтягивающие тугие груди с пропечатывающимися и даже просвечивающими сосками, тугие ягодицы и бедра ,от которых колом встает елда и ноют яйца в давках у окошек билетных касс ,а руки невольно общупывают их подробности.

    О! Как сладка и терпка такая мимолетная ласка! Общаться и разговаривать можно с любой, проверить ее ненароком какой-нибудь фривольной сексуально направленной фразой, и если она не ханжа, приняла это благосклонно и тоже счастлива коротать с вами время в откровеннейших разговорах – что может быть желаннее для сексуально озабоченного мужчины? Нередко такие беседы переходят в пылкие поцелуи, ласки руками самого сокровенного и интимного, оральный секс и даже запретную и оттого сладкую еблю в укромном месте на газете или рачком. Такова прелюдия… Теперь вы понимаете, какие желания и чувства переполняли мою душу?

    До предела разгоряченный, с брюками , торчащими шалашом от взбесившегося члена, я вылез из очереди и отправился в «аквариум»- стеклянное кафе, расположенное посередине площади напротив старого аэропорта. Выпив изрядное количество пива, благодатно закурил « ТУ-134» и вышел на охоту, зорко высматривая места обитания одиноких, смазливых скучающих дамочек. Но послепивной зов природы направил мои шаги во двор барачной гостиницы, где в углу двора, напротив круглосуточного пункта противовенерической профилактики, находился деревянный туалет на два очка, именуемый скворечником. Не успел я облегчиться, последние удары моей струи еще цвиркали в глубокую, специфично пахучую яму, как я услышал за деревянной перегородкой бодрый стук каблуков и треск снимаемых трусиков. Глянув на перегородку, выполненную из внахлест приколоченных досок ,я увидел длинную сквозную щель и полные белоснежные ляжки. Дверь туалета не запиралась, и дабы не быть застигнутым врасплох за неблаговидным занятием, я быстро стянул джинсы и присел в позу «орла» и торопливо приник к щели. То, что открылось моему взгляду ,превосходило все мыслимые желания. Женщина лет 45, широко расставив роскошные ляжки ,чуть тронутые целлюлитом, полуприсев и отклячив зад двумя руками, придерживая юбку, широко растянув ягодицы, готовилась к мочеизвержению. Голубые трусики висели на коленях. Профиль щели позволял видеть как бы сзади и чуть сбоку ее растянутую, покрытую буйной русой волосней, промежность полностью. Я поразился ее размерам, такие щели принято называть мандою за её гигантские размеры, темно -коричневые лепестки малых губ открыли сочную, блестящую от слизи розовую плоть влагалища. Секунда, пизда зашевелилась, вспучилась, и могучая, как из брандсбойта ,желтая струя с шумным бульканьем ударила в яму. Сердце мое бешено стучало, я молил бога, чтобы мне никто не помешал. Член мой торчал, как толстая дубина, двумя руками не сломать, а залупа мучительно и приятно сочилась молофьей. Струя разбилась на струйки и обильно оросила висящие, как у слона, ушки малых губищь и джунгли скрученных в колечки волос, повисла на них янтарными капельками. Женщина замерла, темно -коричневое ,обрамленное длинными волосами очко вдруг вспучилось и разразилось оглушительным пердом. Потряся пышной жопой, она натянула голубые хлопчатобумажные трусы, покрутила бедрами, расправляя их, и опустила юбку. И вдруг повернула голову в мою сторону, я увидел красивое лицо, большие полные губы и копну темных густых волос. Но тут же отпрянул от щели, ее карие глаза в упор смотрели на меня. Спустя секунду я почувствовал на себе взгляд, повернулся и в той же щели увидел ее блестящий глаз. Я повернулся так, чтобы ей удобнее было видеть меня. Она внимательно рассматривала меня буквально с расстояния двадцати сантиметров, мою напряженную елду. Я встал, медленно продолжая демонстрировать ей алую залупу, распухшие волосатые яйца и, потихоньку ускоряя частоту движения ,стал дрочить хуй. Из-за перегородки слышалось тяжелое дыхание и какие-то непонятные, чавкающие звуки.Уже долго после этого до меня дошло, откуда шли эти звуки. Мой разум затмился, я не могу сказать, как долго продолжалась наща дуэль, тугая струя молофьи ударила в щель и блестящие глаза, она охнула и, кажется ,застонала.

    Я потерял ее, такую желанную женщину…. Какой-то мужлан нарисовался в предбаннике и, увидев, что очко занято, стал ссать прямо на доски предбанника… Когда я вышел, ее нигде не было. Переживая потерю, я решил обследовать туалет с задней стенки, но он примыкал к забору, и мне пришлось обойти территорию двора. Мои предчувствия оправдались, безвестные пиздострадатели наделали дыр, где только возможно. Одна дыра была низко от земли и позволяла обозревать самый интимный процесс, когда женщины садились по- большому, а верхняя, когда просто писали ,слегка присев и раскорячив ляжки. Справедливости ради сообщу, что лично я никогда таких дыр не буравил. Но и не осуждал других за их сооружение. Нередко это строгий расчет и упорный труд. Но что не сделает мужчина, когда объят желанием самки. Меня всегда радовало их наличие, и я нередко ими пользовался, разгоняя кровь в жилах до бешеных скоростей…
    Однако, простите, я отвлекся. Рядом лежал осколок бетонного блока, сидя на котором было очень удобно использовать оба отверстия. Поток желающих испражниться женщин и девочек не иссякал, аэропорт и гостиница были переполнены, бегло посмотрев на письки трех девушек лет двенадцати – четырнадцати и двух молодых мам, я решил не рисковать быть обнаруженным, так как рядом проходила хотя и малоиспользуемая, но все равно дорога. С облегченной от спермы мошонкой и переполнением чувств я отправился вновь на пиво, дожидаясь темноты.

    Стемнело. В женском отделении сортира загорелась лампочка, ввернутая в простой электропатрон, а мужская была темна, что свидетельствовало ,что я не один такой озабоченный. Хотя что мне заботиться? Дома ждала красивая, достаточно сексуальная жена с двумя детьми, но непонятный бес точил мою душу и, не смотря на усталость ,заставлял охотиться на дыру, имя которой ПИЗДА!
    С наступление темноты поток ссыкушек поредел, но я благоразумно запасся несколькими бутылками пива и, благодатно покуривая сигарету ,ждал очередную «Дыру». И вот вожделенные шаги! Я приник к верхней дырке. Вошла молодая, красивая, стройная блондинка. В ее подлинности я убедился позднее. Груди примерно четвертого размера выпирали в разрез блузки, стройные высокие ноги, роскошные развитые бедра и длинные стройные ноги казались бесконечными из-за высокого каблука босоножек. Брезгливо обозрев седалище, куда ей предстояло взгнездиться, она ступила на пьедестал, одновременно задирая плиссированную воздушную юбку. ОООООООООО!!!!!!!!!!!!!!!!!! Я чуть не получил инфаркт…. Я видел королеву в интимной обстановке. Белые ажурные трусики туго врезались между двух крутых полушарий девственной белизны и шелковистости. Так и тянуло приникнуть к ней губами и нежно присосаться и принять в себя, растворить в себе и быть растворенным в этой роскошной плоти. О! Моя неизвестная КОРОЛЕВА!? Жаждал ли кто тебя в жизни так, как я в те минуты? Почему мы не вместе? Почему ты не моя? Но и КОРОЛЕВАМ ничто человеческое не чуждо! Наманикюренные нежные пальчики вцепились в трусики и обнажили чудо творения! Да, да, я не преувеличиваю, она достойна моего восторга. Влажная нежно- розовая плоть в обрамлении длинных светлых волосиков вырвалась из- под ажурной белизны. Розовые губки самопроизвольно раскрылись и вспучились, как лепестки розы, открылась влажная, скользкая и довольно большая дыра. Так как она стояла полураком, то бутон ее крупного розового клитора висел в нимбе волосни снизу. Мелькнула мысль, что он похож на маленький писюлек. Секунда, и толстенная струя ударила, казалось, мне прямо в рот, я почувствовал волну ее аромата. Немного помедлив, она вдруг села, мне пришлось нагнуться к нижней дыре. Все прояснилось быстро, розовое очко вспучилось, раскрылось, и коричневая толстая колбаса медленно полезла из этой, казалось, небеснонеземной жопы.

    А все земное низменно. Она срала, как смертная, слегка покряхтывая и пукая. Колбаски смачно шлепали в глубину выгребной ямы. Так развеялся мой восторг к ней как к богине, но окрепло желание ебать, ебать и ебать всех женщин в мире. Отчего я не султан!

    Но все хорошее в жизни быстро заканчивается, моя прекрасная незнакомка вытерла бумажными салфетками обе дыры и, цокая каблучками, удалилась.
    Прошло минут десять, и я услышал движение, появилась милая молодая мама с дочкой лет шести. Они о чем-то тихо говорили, мама просила ее остаться вне туалета. Приняла позу, стянула колготки, но под тонкими розовыми шелковыми панталонами у нее оказалась толстая ватная нашлепка. Стараясь не испачкать трусы, она сняла ее и бросила в яму. В это время появилась доченька и заныла, что она постоит здесь – боится темноты. Ее любопытные глазенки уставились на мамину окровавленную черную волосню. Мать стала шикать, но дочка не сдавалась и продолжала вместе со мной изучать мамину, густо поросшую обильной шерстью, манду. Мама поменяла прокладку и спросила, хочет ли Таня писать. «Да,» - ответила доча. Взору моему предстала беленькая лысая щелочка между двух пухлых булочек, длиной примерно семь-восемь сантиметров. Я был удивлен ее размерами, между булочек, когда она писала, вылез розовенький язычок маленьких губок. Член у меня вновь затрепетал, я понял, что и в этой щелочке мужчина может обрести рай. Значит, эта дырочка благословенна и не менее развратна ,чем мамина и виденные ранее? Может, поэтому и существуют в мире насилия?
    Я сидел, пил пиво и размышлял о том, что вот он центр вселенной, вокруг которого вертится мир. Движитель нашей жизни- благословенная развратная дыра , именуемая в народе пиздой, мандой, писей…. Господь мудр и всемогущ, он создал ее развратной ,независимо от разума, характера воспитания и возраста ее владелицы. Не гордитесь целомудренностью скромницы. Просто ваши развратные пиздени еще не попались на глаза мужчине. Мир обезлюдел бы, если бы пизда не была создана Господом развратной, а хуй- похотливым. Похотливость хуя живет в сознании, а следовательно, голове мужчины.
    Так размышляя, я дожидался очередную развратницу. Не могу сказать точно ,сколько я их увидел, но нет одинаковых, все неповторимы, прекрасны и развратны.

    Упал в тяжелый сон на скрипучую, с продавленной панцирной сеткой кровать, и вскочил в ужасе, чуть не опоздав на свой самолет.

    Прошли годы. «Жить стали лучше. Жить стали веселее». Снесены в большинстве страны деревянные щелястые сортиры, в которых пацаны проходили уроки полового воспитания. Их заменили платные туалеты со встроенными скрытыми камерами для записи клубнички. Развратный Интернет. Порно, камеры подсматривания и прочая бездушная техника, занимающаяся воспитанием поколений. Но я с ностальгической тоской вспоминаю эти старые щелястые университеты. Нет, не сравнится с ними Интернет, нет в нем риска, звука, запаха, одновременности события, и того бешеного биения сердца тоже нет. Может, потому упала рождаемость и вымирает Россия? А вы как думаете?
    nichesebe, srs77 и Unix нравится это.