Присоединяйтесь к нам

в Facebook и ВКонтакте

"Гороскоп"- история (автор Мама Стифлера)

Тема в разделе "Смех и грех", создана пользователем Active, 16 фев 2011.

  1. Active

    Active mamihlapinatapei

    открыл -ЧИТАЙ до конца! НЕ ПОЖАЛЕЕШЬ =)
    Вместо пролога.
    Метро. Половина первого ночи. На одной из станций, на лавочке, сидят два мужика. Оба – в сракотень. Один пытается улечься на лавочку, постелив на неё старые газеты, а второй выдёргивает у приятеля из-под жопы газетный лист, и начинает вслух читать свой гороскоп:
    - Тельцов сегодня ждёт головокружительная ночь. Вот заебись мне повезло! Вася, а ты кто по гороскопу?
    - Рыба, бля!
    - Тогда слушай. Сегодня звёзды обещают рыбам занимательное приключение в самом конце дня. Тоже заебись. Ты в гороскопы веришь?
    - Да говно все эти гороскопы. Пиздят они всё.
    Тут из-за колонны появляется широко улыбающийся мент, который подходит к мужикам, и громко говорит:
    - Да нет, не пиздят…

    ***

    Шол дождь. Как щас помню. Небо такое хмуро-сопливое, мысли суицыдные, груди висят уныло. Жизнь гавно.
    А когда жызнь гавно, что происходит? Правильно. Кто-то тебе звонит. Звонит, чтобы сообщить тебе о том, что дождь идёт, небо хмуро-сопливое, сисек нету, и жыть не хочецца. Не знаю как вам, а мне почему-то в такие сложные моменты всегда звонит Ершова.
    - Привет! – Трупным голосом здороваецца Ершова, а я молчу. – Что, тоже всё хуёво, и сиськи как-то несвеже выглядят?
    - Угу. – Подаю голос, и смотрю в окно. Там кал полный. – Я хочу умереть.
    - Я тоже. – Ершова знает, когда мне нужна поддержка. – Я тоже. Так сделаем это вместе! Приходи щас ко мне. У меня текила есть.
    Текила это хорошо. Вернее, плохо. С текилы я быстро нажыраюсь, и меня тошнит. Но в такой хмуро-сопливый день такие мелочи как-то похуй. Ниачём. Всё равно умирать не севодня, так завтра.
    Собираюсь, выхожу на улицу, иду к Ершовой. Возле её подъезда наступаю в чей-то какашняк, но даже не говорю «Блять, штоп тебя пидоры казнили, сука». Я просто иду к Ершовой.
    Пить и умирать.
    - Пришла? – Зачем-то интересуется Юлька, открыв мне дверь.
    - Нет. – Мрачно докладываю я. – Приехала. На лифте. Текилы не вижу.
    - Правильно хихикаешь. – Ершова, судя по внешнему её виду, меня наебала. Умирать она не собираецца. Слишком уж цветуща. И шутит ещё, Коклюшкин в картонном лифчике. – Текилы нет. Нахуй текилу. Жызнь налажываецца, Лида.
    Не вижу я этого. Не вижу. Хоть убейте. У Ершовой, может, и налажываецца. А у меня по-прежнему всё хуёво. О чём я тут же и сообщаю.
    - Сука ты, Юлия Валерьевна. Я к тебе шла пить текилу и умирать. Ты меня, получаецца, паскудно обманула. Извольте получить пиздюль.
    Я вскинула бровь, и ноги растопырила. Получилось очень свирепо. А Ершова не пугаецца.
    - Ты веришь гороскопам? – Вдруг ни с того, ни с сего спрашивает.
    - Если только они обещают мне ништяки и еблю. – Я зачем-то вывернула наизнанку свою душу.
    - Тогда сегодня наш день, Лида! – Ещё больше обрадовалась Юлька, и дала мне дружеского подсрачника. – Чо ты тут раскрылатилась посреди коридора? Я и так знаю, что ты свирепа как сам пиздец. Давай, скидывай свои кирзачи, и дуй на кухню. У меня план есть.
    - Чуйский?
    - Пиздюйский, дура. У меня гениальный план есть. Щас поделюсь, если ты рожу попроще сделаешь.
    Мрачно плетусь на кухню. Скидываю с табуретки наглую Юлькину кошку Фифу, сажусь, и начинаю пальцем рисовать на столе невидимую жопу. Ибо, я напомню, суицыдные мысли, и жызнь говно.
    - Слушай меня! – Торжественно объявила Ершова, наступая на Фифу, отчего та непредсказуемо кинулась на мою ногу, и начала остервенело её драть. – Вот он: журнал «Лиза».
    - Охуительный план. – Одобрила я Юлькин литературный вкус, и оторвала от ноги кошку. – ты предлагаешь мне запечь цуккини с турнепсом по вон тому рецепту?
    - Нет. Я предлагаю тебе прислушаться к советам астрологов. – Юлька перелистнула страницу с рецептами, и помахала у меня перед лицом фотографией с каким-то страшным трансвеститским ебальником. – Михаил Семёнов, знаменитый астролог, оказываецца ахуеть какой Нострадамус! Щас объясню, почему.
    Юлька шлёпнулась жопой на край стола, сев на мои пальцы, и принялась читать вслух:
    - «Водолей. Водолеи сейчас переживают кризис…» Видиш, прям всё в точку! Так… «Жизнь кажется Водолеям напрасной, появляются суицидальные мысли. Это первые признаки депрессии» Не, ты смотри: прям всё как про меня! Так, чо тут дальше… А дальше всё хуёво, потом ещё хуёвее… Где это, блин? Вот. Вот, слушай: «Но двенадцатого ноября всё изменится. Вечером таинственные силы будут тянуть вас на улицу. У вас не будет сил им сопротивляться. В ночь с двенадцатого на тринадцатое ноября роковая встреча перевернёт всю вашу жизнь»
    Ершова замолчала, и вызывающе посмотрела на меня. Я пожала плечами:
    - Ну, клёво. А я тут причём? Ты хочешь сказать, что я и есть та самая таинственная сила, которая должна тебя выволочь на улицу, навстречу роковой встрече?
    - Нет. Теперь слушай свой гороскоп. Ты у нас кто?
    - Овен.
    - Овен. Правильно. Тогда слушай: «Овны сейчас переживают кризис» Видишь, а? Слушай дальше. «Жизнь кажется Овнам напрасной, появляются суицидальные мысли. Это первые признаки депрессии» Понимаешь, да? Чёрт, этот Семёнов яибу какой астролог! Всё-то он знает, баллин.. Читаем дальше…
    - Не надо дальше. – Я уже разгадала план паскуды-астролога. – Дальше всё будет хуёво, потом ещё хуёвее, а двенадцатого ноября некие таинственные силы вытащат меня на улицу и там на меня свалицца мешок ништяков. Так?
    - О, нет! – Возликовала Ершова! – Хуй тебе! «Двенадцатого ноября всё изменится! Кто-то из ваших близких, Водолей по знаку зодиака, попросит вас оказать ему услугу, после которой ваша жизнь перевернётся» Ну, поняла?
    - Да. Я поняла, что этот твой Семёнов тупо нахуячил одинаковый гороскоп всем подряд, а сам, поди, стоит у твоего подъезда в кожаном пальто, и эксгибиционирует хуй. В надежде, что ты, дура, поведёшься.
    - Ну ты и уродина… - Скривилась Ершова. – Гороскоп у всех разный. Такой кал только у Овнов и Водолеев. Значит, у тебя, и у меня. И ведь всё в ёлочку катит. Смотри: у тебя всё хуёво. Так? Ты вышла на улицу, потому что я тебя попросила. Так? А у меня сегодня будет роковая встреча, и я Водолей! Короче, щас мы с тобой красимся-подмываемся на всякий-який, и идём на улицу навстречу моему щастью.
    Я возмутилась:
    - Знаеш чо? Это твоё щастье – ты и пиздуй на улицу. Кстати, будь осторожнее, у подъезда кто-то насрал. Подозреваю, что астролог Семёнов. Едем дальше: мне никаких встреч не обещано, поэтому я останусь тут и буду пить. Дай текилу.
    - Да щас тебе. – Ершова спрыгнула со стола, и пнула Фифу, отчего та хрюкнула и перестала дышать. - Будь ты человеком, жаба старая. Ну, что тебе стоит пойти со мной навстречу моей роковой встрече? Тем более, у тебя там написано, что твоя жызнь тоже перевернёцца.
    - Юль. – Я смотрела на вещи трезво, потому что собралась умирать, и решения своего пока не поменяла. – Юль, ты ёбнутая. С чего ты взяла, что эта встреча для тебя будет щастливой? Вдруг тебя выебет на улице бомж, заразит ящуром, и ты сдохнешь в корчах? А поскольку мне тоже обещано что-то непонятное, то, скорее всего, меня тоже выебут. И тоже явно какой-нить Укупник. После чего я напьюсь яблочнова уксуса, и умру в муках. Вообще, судя по всему, сегодня надо сидеть дома, и не искушать судьбу. Раз ты так веришь Семёнову.
    - Нет. – Юлька была непоколебима. – Нет. Я жопой чувствую: сегодняшний день станет знаменательным. Чота мы с тобой, баба Лида, в девках засиделись. Пора бы нам женихов уже найти. А сегодня, чую, самый день для встречи женихов. И не спорь со мной! У меня предчувствие хорошее. Даю пять минут на то, чтобы ты нарисовала на ебле малиновую улыбку, и накрутила чёлку на бигудю А потом мы с тобой дружно выйдем на улицу, навстречу судьбе. Всё.
    Через полчаса мы с Юлькой стояли возле её подъезда, и вглядывались в мокрую темноту.
    - Ты жениха видишь? – Юлька вытянула шею, и посмотрела на меня. – Лично я вижу залупу.
    - Астролога Семёнова? – Я тоже вытянула шею. – Вижу только помойку. И бомжа, кстати, тоже вижу.
    - Тьфу на тебя. – Поёжилась Ершова. – Не каркай, дура. Где, блять, таинственные силы-то?
    - В пизде. – Я замёрзла, и очень хотела домой. Поэтому позволяла себе грубости. – У Семёнова, блять, спроси. Он же Нострадамус, он же всё знает.
    - Знаешь чо? – Нашлась Юлька. – А может, нам надо отойти подальше от подъезда, и там искать роковую встречу?
    - Ага. Отойди. В темноту. К помойке поближе. Там тебе и будет жених, блять. Бомж, смотрю, уже и хуй достал.
    - Дура. Он просто ссыт. – Юлька расправила плечи. – Короче, делай что хочешь, а я пойду.
    - Куда?!
    - Гулять.
    - В такую погоду?! В одиннадцать вечера?!
    - Да. Я чувствую, сегодня мой день.
    - А я чувствую, что надо срочно идти домой, пока мне тут менингит ветром не надуло.
    - Ну и иди!
    - Ну и пойду!
    - Ну и вали!
    - Ну и сама вали!
    - Подруга, блять!
    - Идиотка, блин!
    Поскользнувшись на чьём-то какашняке, Ершова въехала в темноту, навстречу своей судьбе.
    А я пошла домой.
    Умирать от депрессии. Которая теперь ещё более усугубилась.

    ***
    Эпилог.


    Телефонный звонок раздался в десять утра.
    - Ты простишь меня, жаба? – Тихо, с надеждой спросили в трубке.
    - Нет. У меня депрессия. Я всех ненавижу. А тебя в особенности. У меня теперь температура. Скоро я умру от менингита.
    - Я печалюсь. – Голос в трубке посуровел. – Я очень печалюсь. У меня нещастье. Ты должна быть ко мне милосердна в такую минуту.
    - Тебя выебал бомж? – Я мысленно приготовилась звонить знакомым врачам-венерологам.
    - Нет. – Юлька тяжело вздохнула. – Хуже.
    - Укупник? – Я мысленно приготовилась звонить знакомым врачам психиатрам.
    - Ещё хуже. Я вчера зашла в какой-то трактир, и там накушалась вкусной-полезной водки. С горя. Ты ж меня бросила, жаба такая… Я, видимо, сильно накушалась, поэтому у меня теперь нет паспорта, денег, любимой белой сумочки, которая, кстати, была твоя, а так же отсутствует один сапог, и один зуб. Сразу говорю: я не виновата, я ничего не помню. Но не это самое страшное.
    - Нет, Юля… - Я почувствовала как у меня задёргался глаз. – Самое страшное уже случилось. Ты проебала мою сумку! Теперь ты умрёшь.
    - Похуй. – Юлька, казалось, совершенно не испугалась перспективы быть убитой. – Посмотри на календарь.
    - У меня его нет.
    - А у меня есть. И знаешь, чо там, на календаре?
    - Осень?
    - Осень. Ноябрь. Тринадцатое число.
    - И что?
    - Две тыщи седьмой год.
    - Ахуеть какая новость.
    - Да. А журнальчик, как оказалось, был за две тыщи третий… Понимаешь? – Юлька всхлипнула. – Мы с тобой уже четыре года как проебали своё щастье!!! Свою роковую встречу! Своих женихов с баблом и крепкими яйцами! НО!
    Юлька замолчала.
    Я ждала.
    - НО. – В трубке явно расстроились, что эффекта не вышло. – Есть и хорошая новость! В новом журнале «Лиза» за ноябрь две тыщи седьмого написано, что тринадцатое ноября станет для Водолеев роковым днём, а Овнов ждёт сюрприз! Ещё не всё потеряно! Мы ещё встретим наше щастье!
    Я переложила телефонную трубку в другую руку, облокотила плечом на стену, и сказала:
    - Насчёт сюрприза это в точку. Знаешь, что лежало в той моей сумке, которую ты удачно проебала? Не знаешь? Я тебе скажу. Там была моя заначка. На чёрный день. Три штуки баксов. И сегодня этот чёрный день наступил. Тебе пиздец, Ершова. Я уже иду.
    В трубке икнули, и бросили трубку. А я пошла, и на всякий случай проверила свою заначку в тумбочке.
    На месте заначка. Куда она денецца?
    Только Ершова об этом до сих пор не знает.
    И никогда не узнает.
    Ибо нехуй вестись на гороскопы. ©
     
    Михай нравится это.
  2. наглый пИнгвин

    наглый пИнгвин Специалист

    re: "Гороскоп"- история (автор Мама Стифлера)

    а чего то офтоп???:)
     
  3. Active

    Active mamihlapinatapei

    re: "Гороскоп"- история (автор Мама Стифлера)

    наглый пИнгвин, много буков)
     

Поделиться этой страницей